Coral Club - Europa

Изначально это очень надежная система. И когда мы говорим, что у человека плохие сосуды, что это может означать? Что с ними могло случиться? Сосуды - это провода с дыркой внутри, по которым бежит кровь. И с ними очень трудно что-то сделать. Они могут быть разъедены коррозией, условно говоря, какими-то свойствами крови, либо порезаны, либо порваны, либо пережаты. Ничего больше с ними теоретически случиться не может. Поэтому мы должны четко себе представлять, почему рвутся сосуды в организме человека. Для этого мы должны понять механизм, каким образом происходит движение крови через ткани.

Диаметр сосуда может быть от крупного до очень мелкого. Диаметр сердечного сосуда, например, равен диаметру одного эритроцита. Это очень, очень маленький диаметр.
Read more »

В «Medical Post» за декабрь 1994 года автор бестселлера «Медицинская мафия» Guylaine Lanctot, доктор медицины из Канады, утверждала: «Медицинские власти продолжают лгать. Вакцинация была катастрофой для нашей иммунной системы. Она в действительности вызывает много заболеваний. Мы в самом деле изменяем наш генетический код вакцинацией… Через 100 лет мы узнаем, что прививки были величайшим преступлением против человечества.» После интенсивного изучения медицинской литературы о вакцинации доктор Viera Scheibner заключает, что «не существует какого бы то ни было свидетельства способности вакцин предотвращать какие-либо болезни. Наоборот, имеются в огромном изобилии свидетельства того, что они вызывают серьезные побочные эффекты» [76]. Доктор Classen утверждал: «Мои данные доказывают, что исследования, использованные для поддержки иммунизации, настолько ошибочны, что невозможно сказать, дает ли она чистую пользу кому-нибудь или обществу в целом. Этот вопрос может быть решен лишь путем надлежащих исследований, которые никогда не проводились. Недостаток предыдущих исследований состоит в том, что не было долгосрочных наблюдений и на хроническую токсичность не обращали внимания. Американское общество микробиологии содействовало моему исследованию … и таким образом признало необходимость соответствующих исследований» [77]. Некоторым эти позиции могут показаться похожими на радикальные, но они небезосновательны. Продолжающееся отвержение и сокрытие свидетельств против прививок лишь увековечивает мифы об их «успехах» и, что более важно, их негативные последствия у наших детей и в обществе. Необходимость настойчивого и исчерпывающего научного исследования ясна, однако программы иммунизации продолжают расширяться при отсутствии такого исследования. Производители имеют громадную выгоду, хотя очевидно, что ответственность за негативные эффекты отсутствует. Это особенно печально потому, что существуют готовые доступные, безопасные и эффективные альтернативы. Вышеописанные позиции идут не от кучки экстремистов; об этом говорят целые профессиональные организации. Критика вакцин исходит от растущего количества заслуживающих доверия и уважаемых учёных, исследователей и занимающихся самообразованием родителей по всему миру. И, напротив, именно руководство здравоохранения и крайне консервативные защитники прививок (многие из которых имеют финансовый интерес в определённом итоге дискуссии) начинают терять доверие из-за отказов признать растущую массу доказательств и обратиться к абсолютно реальным, серьёзным, документированным проблемам. Тем временем гонка продолжается. По данным NVIC, разрабатывается более 250 новых вакцин [78] для всего на свете - от контроля рождаемости до пристрастия к кокаину. Около 100 из них уже проходят клинические испытания. Исследователи работают над введением вакцин с помощью носовых аэрозолей, москитов (да-да, москитов!) и плодов «трансгенных» растений, в которых выращиваются вакцинные вирусы. Поскольку каждый взрослый и каждый ребенок на планете является потенциальным потребителем нескольких доз вакцин, назначаемых периодически в течение жизни, и поскольку каждая система здравоохранения и каждое правительство являются потенциальными покупателями, неудивительно, что несчетные миллионы долларов тратятся на содержание увеличивающейся многомиллиардной вакцинной индустрии. Без протеста общественности мы будем иметь все больше и больше новых прививок, которых будут требовать от нас. И в то время как прибыль легко подсчитывается, реальная человеческая цена игнорируется или скрывается. Каким бы ни было ваше личное решение о вакцинации, примите его осознанно; у вас есть такое право и есть ответственность. Это трудный вопрос, но цена того, что ставится на карту, оправдывает любые потраченные время и энергию.

И стория вакцинации испещрена документированными случаями обмана, задуманного для того, чтобы изобразить вакцины как всемогущего победителя болезней, хотя в действительности они оказывали малое влияние или вообще никакого заметного влияния на имевшее место ранее падение заболеваемости, и даже задерживали его или поворачивали вспять. Департамент здравоохранения Соединенного Королевства признал, что наличие прививок определяет диагнозы последующих заболеваний: если они происходили у привитых пациентов, им приписывали другие диагнозы; больничные записи и свидетельства о смерти фальсифицировались. Сейчас многие врачи все еще отказываются диагностировать болезни у привитых детей, и таким образом миф об успехах вакцин продолжает существовать. Злоупотреблеия служебным положением - это нормальное явление для вакцинной промышленности. Члены и председатели консультативных комитетов FDA и CDC владеют фондами фармацевтических компаний, производящих вакцины; люди из обоих этих комитетов имеют патенты на вакцины, которые они рассматривают или на которые влияют решения этих комитетов. CDC даёт каждому члену своего надзорного комитета разрешение сроком на год, позволяющее полностью участвовать в обсуждениях, ведущих к голосованию всеми членами, независимо от того, имеет ли он финансовый интерес в решении [71]. Соображения о вредных эффектах прививок и злоупотреблениях служебным положением заставили Американскую ассоциацию терапевтов и хирургов (AAPS) выпустить резолюцию, адресованную Конгрессу, призывающую к «мораторию на обязательность прививок и требованию к врачам о настаивании на действительно сознательном согласии на использование вакцин». Эта резолюция, одобренная анонимным голосованием на ежегодном собрании AAPS в октябре 2000 года, ссылается на «возрастающее число обязательных детских прививок, которым дети подвергаются … без … информации о потенциальных вредных побочных эффектах», на тот факт, что «проверка безопасности многих вакцин ограничена, и данные недоступны для независимого рассмотрения, и поэтому массовая вакцинация эквивалентна эксперименту на людях и подпадает под Нюренбергский кодекс, которые требует добровольного информированного согласия», и на то, что «процесс одобрения и "рекомендации" вакцин запятнан злоупотреблениями служебным положением» [72]. В октябре 1999 года Bart Classen, доктор медицины и магистр экономики управления, основатель и главный управляющий делами Classen Immunotherapies и разработчик вакцинных технологий, давая показания Конгрессу, заявил: «Ясно … что правительственная система иммунизации … движется политикой, а не наукой. Я могу привести многочисленные примеры, когда оказывалось, что работники Службы здравоохранения США делали свои карьеры, действуя в качестве пропагандистов, поддерживающих политические программы. В одном из случаев люди, которые работали на иностранное правительство, получали деньги и тесно сотрудничали со Службой общественного здравоохранения США, представили ложные данные в крупный медицинский журнал. Истинные данные показывали, что вакцина опасна, хотя ложные данные, представленные ими, показывали отсутствие риска. Работник Национальных институтов здоровья (NIH), который управляет большими грантами по вакцинам, опубликовал вводящее в заблуждение письмо на эту тему совместно с одним из этих иностранных гражданских служащих. Как вы знаете, фальсификация данных исследований, финансируемых правительством США, является незаконной.» Доктор Classen рекомендовал Конгрессу нанять специального прокурора, чтобы «определять, следуют ли должностные лица здравоохранения законам, принятым для обеспечения безопасности вакцин», а также определять, «вводят ли общественность в заблуждение относительно безопасности этих продуктов должностные лица здравоохранения вместе с производителями» [73]. Во Франции 15000 французских граждан судились со своим правительством по поводу осложнений от вакцины против гепатита B [74]. Там бывшие руководители здравоохранения отбывают наказания в виде лишения свободы согласно приговорам, назначенным после того, как стало известно, что они не следовали закону по части обеспечения безопасности вакцины, и вакцинация детей школьного возраста против гепатита B была прервана. В ещё худшем положении находятся американские военнослужащие: «… четыре письма из FDA/Службы общественного здравоохранения … явно показывают, что вакцина против сибирской язвы была разреше
на к продаже без выполнения производителем хотя бы одного контролируемого клинического испытания» [75]. Клинические испытания, без сомнения, крайне необходимы для проверки безопасности и эффективности любого фармацевтического продукта. Военнослужащие были и продолжают быть невольными объектами неэтичного эксперимента.

Документированные долговременные побочные эффекты от вакцин включают хронические иммунологические и неврологические расстройства, такие как аутизм, гиперактивность, дефицит внимания, дизлексия, аллергии, опухоли и другие состояния, многие из которых вряд ли существовали 30 лет назад, до начала программ массовой вакцинации. В состав вакцин входят известные яды и канцерогены, такие как мертиолят (соединение ртути), фосфат алюминия, формальдегид (о котором Центр информации о ядах в Австралии утверждает, что не существует приемлемой безопасной его дозы, которую можно вводить в живой человеческий организм), и феноксиэтанол (широко известный как антифриз). Некоторые из этих ядов действуют на желудочно-кишечный тракт, печень, органы дыхания, нервную систему, сердечно-сосудистую систему, кровь, репродуктивную систему, на развитие - это несколько из известных опасностей. Системы химической классификации относят многие ингредиенты вакцин к самым опасным веществам, которые строго контролируются. Даже микроскопические дозы некоторых из этих ингредиентов могут вызвать серьёзные повреждения. Вдобавок, некоторые среды, используемые в производстве вакцин, содержат человеческие диплоидные клетки, взятые из тканей абортированного человеческого зародыша, - этот факт мог бы повлиять на решение некоторых людей о вакцинации, если бы они об этом знали. Как объясняет историк медицины, исследователь и автор, доктор философии Harris Coulter, его обширные исследования показали, что иммунизация «…вызывает у младенцев легкий энцефалит в гораздо большем масштабе, чем готово признать руководство здравоохранения, - примерно у 15 - 20% от всех детей». Он указывает, что последствия энцефалита (воспаления мозга, известного побочного эффекта вакцинации) - аутизм, неспособность к обучению, минимальные и не слишком минимальные повреждения мозга, припадки, эпилепсия, расстройства сна и питания, сексуальные расстройства, астма, детская смерть, диабет, ожирение, импульсивная ярость - это именно те расстройства, которые беспокоят современное общество. Многие из этих состояний ранее были относительно редки, но они стали более распространенными, когда стали расширяться программы вакцинации детей. Коултер также указывает, что токсоид коклюша используется для того, чтобы вызывать энцефалит у лабораторных животных. Таким образом, способность вакцины от коклюша вызывать повреждения мозга не только известна, но и используется клиническими исследователями, изучающими мозговые расстройства. Исследование в Германии показало корреляции между прививками и 22 неврологическими состояниями, в которые вошли дефицит внимания и эпилепсия. Проблема состоит в том, что вирусные элементы в вакцинах могут продолжать существовать и мутировать в человеческом теле годами с неизвестными последствиями. Миллионы детей участвуют в огромном жестоком эксперименте, и медицинское сообщество не прикладывает никаких искренних, организованных усилий, чтобы отследить негативные побочные эффекты или выяснить долговременные последствия. Поскольку долгосрочных исследований вредных эффектов от вакцин практически не существует, их широкомасштабное использование при отсутствии сознательного согласия и адекватной проверки безопасности является медицинским экспериментом. Как указывают Американская ассоциация терапевтов и хирургов и Национальный центр информации о прививках, это является нарушением первого принципа Нюренбергского кодекса, являющегося «основой современной биоэтики» [54] [55]. Bart Classen, доктор медицины и философии, основатель «Classen Immunotherapies» и разработчик вакцинных технологий, проводил эпидемиологические исследования по всему миру и выяснил, что вакцины являются причиной 79% диабета инсулинового типа I у детей до 10 лет. Увеличение риска лежит в пределах от 9% для дифтерийной вакцины до 50% для вакцины против гепатита B. По утверждению Classen’а, данные CDC подтверждают его результаты. Однако значение результатов Classen’а выходит далеко за пределы диабета, как указывается в выпуске «British Medical Journal» за 1999 год: «Заболеваемость многими другими хроническими иммунологическими болезнями, включая астму, аллергии, связанные с иммунной системой опухоли, быстро возросла и может быть связана с иммунизацией» [56]. Результаты по диабету могут быть лишь вершиной айсберга. Недавние исследования в США и Англии дают понять, что вакцины вызывают аутизм [57] [58] [59]. Ртутное отравление и аутизм имеют приблизительно одинаковые симптомы [60], и
однодневная программа вакцинации может позволить превысить в 41 раз уровень ртути, способный причинить вред [61]. Заболеваемость аутизмом в Калифорнии разрослась на 1000% за последние 20 лет, с резким подъёмом, последовавшим за введением вакцины MMR в начале 1980-х годов. Англия имела резкие подъемы аутизма, начиная с 1990-х годов, вслед за введением там вакцины MMR. Некоторые младенцы получили с вакцинами в 100 раз больше ртути, чем допускается Агентством по охране окружающей среды (EPA). В январе 2000 года «Journal of Adverse Drug Reactions» сообщил, что вакцина MMR не была адекватно протестирована и не должна была лицензироваться. Ещё более подкрепляет подозрения о связи между прививками и аутизмом тот факт, что многие врачи, использовавшие систематически ртутную детоксикацию, наблюдали резкие улучшения в здоровье и поведении своих пациентов [62]. Сегодня, по данным Национального центра информации о вакцинах, один из 150 детей поражен аутизмом. В начале 1940-х годов, до введения большинства вакцин, применяемых сейчас, аутизм считался редким состоянием, которое лишь немногие врачи могли обнаружить в своей практике.

Шесть штатов Новой Англии сообщали об учащении полиомиелита через год после того, как стала применяться вакцина Солка, в пределах от более чем 2 раз в Вермонте до поразительной величины - на 642% - в Массачусетсе. В штате Висконсин заболеваемость возросла в 5 раз. Штаты Айдахо и Юта прекратили вакцинацию из-за возросшей заболеваемости и смертности. В 1959 году в 77.5% паралитических случаев в Массачусетсе больные ранее получили 3 дозы IPV (инъекционная полиомиелитная вакцина). В 1962 году во время слушаний в Конгрессе США глава факультета биостатистики университета Школы общественного здоровья Университета Северной Каролины доктор Bernard Greenberg засвидетельствовал, что после обязательной вакцинации не только участились случаи полиомиелита (на 50% в 1957 г. по сравнению с 1958 г., на 80% в 1959 г. по сравнению с 1958 г.), но и что статистика была умышленно сфальсифицирована Службой здравоохранения, чтобы произвести противоположное впечатление [53]. Важно иметь в виду, что полиомиелитная вакцина не была принята повсеместно, по крайней мере вначале. Несмотря на это, полиомиелит уменьшался как в тех европейских странах, которые отказались от массовой вакцинации, так и в тех, которые ее использовали. Как считает автор-исследователь доктор Viera Scheibner, после начала применения вакцины 90% случаев полиомиелита были исключены из статистики путем изменения определения болезни руководителями здравоохранения, хотя в действительности вакцина Солка в то же самое время продолжала вызывать паралитический полиомиелит в нескольких странах, где эпидемий, вызванных природным вирусом, не было. Например, случаи вирусного и асептического менингита, имеющего симптомы, похожие на полиомиелитные, до прививок регулярно диагностировались как полиомиелит, но были отделены и изъяты из статистики после прививок. Кроме того, число случаев, необходимых для объявления эпидемии, повысили с 20 до 35; основание для включения в статистику паралича изменилось от симптомов в течение 24 часов до симптомов в течение 60 дней (у многих жертв полиомиелита паралич был временным). Неудивительно, что полиомиелит радикально уменьшился после вакцинации - по крайней мере на бумаге. В 1985 году CDC сообщил, что 87% случаев полиомиелита в США между 1973 и 1983 годами были вызваны вакциной, а позднее объявил, что все случаи с того времени, кроме нескольких «привозных», были вызваны вакциной, а большинство «привозных» случаев имели место с полностью привитыми людьми. Jonas Salk, изобретатель IPV, утверждал перед подкомитетом Сената, что почти все вспышки полиомиелита после 1961 года были вызваны оральной полиомиелитной вакциной. В лаборатории полиомиелитных вакцин, спонсируемой Институтом медицины и Центрами по контролю и предупреждению болезней, доктор Samuel Katz из университета Duke приводил оценку в 8 - 10 случаев вакциноассоциированного паралитического полиомиелита (VAPP) в США ежегодно у людей, которые получали оральную полиомиелитную вакцину, и заявляет о [четырехлетнем] отсутствии природного полиомиелита в западном полушарии. Jessica Scheer из Национального реабилитационного госпитального исследовательского центра в Вашингтоне, федеральный округ Колумбия, указывает, что большинство родителей не осведомлены, что вакцинация против полиомиелита в этой стране влечет «небольшое количество человеческих жертв ежегодно». К этому возражению следует добавить низкокачественную отчетность об осложнениях и опыт NVIC по подтверждению и исправлению ложных диагнозов по реакциям на вакцины, говорящий о том, что истинное число жертв VAPP может быть в 10 - 100 раз выше, чем число, приводимое CDC. По этим причинам живой полиомиелитный вирус больше в широких масштабах не используется. [А в России используется. - А.Я.] Ради уверенности скажем, что полиомиелита в том виде, в каком он был известен в первой половине XX века, сегодня не существует. Однако за пиками полиомиелита в конце 1940-х и начале 1950-х годов, снова происходили его падения в течение ряда лет до применения вакцины.

Большинство детских инфекционных заболеваний имеют мало серьезных последствий в сегодняшнем мире. Даже консервативная статистика CDC по коклюшу за 1992 - 1994 годы показывает уровень выздоровления 99.8%. Действительно, когда сотни случаев коклюша произошли в Огайо и Чикаго во время вспышки осенью 1993 года, эксперт по инфекционным болезням из детской больницы в Цинциннати сказал: «Болезнь была очень легкой, никто не умер и никто не направлялся в палату интенсивной терапии». Чаще всего детские инфекционные болезни являются легкими и проходят сами без лечения. Они также могут создавать пожизненный иммунитет, в то время как иммунитет, вызванный вакциной, - лишь временный. Фактически временная природа иммунитета, созданного вакциной, может создать более опасную ситуацию в будущем ребенка. Например, продолжительность действия новой вакцины против ветряной оспы оценивается в 6 - 10 лет. Если она действует, то она откладывает детскую уязвимость до взрослого состояния, когда смерть от этой болезни в 20 раз более вероятна, хотя и по-прежнему редка. В Великобритании обычны «коревые вечеринки»; если ребёнок заболевает корью, другие родители по соседству отправляют своих детей играть с зараженным, чтобы намеренно подхватить болезнь и развить иммунитет. Это устраняет риск заболевания во взрослом состоянии, когда болезнь более опасна, и приносит выгоду в виде усиления иммунной системы процессом естественной болезни. Около половины случаев кори при ее подъеме в конце 1980 годов происходило с подростками и взрослыми, большинство из которых были привиты в детстве [49], а рекомендованные ревакцинации могли обеспечить защиту менее чем на 6 месяцев [50]. Более того, некоторые специалисты здравоохранения считают, что вирус из вакцины от ветряной оспы может «вновь активироваться в дальнейшей жизни в виде опоясывающего лишая или другого расстройства иммунной системы» [51]. Доктор A. Lavin из отдела педиатрии Медицинского центра Св. Луки в Кливленде, штат Огайо, решительно протестовал против лицензирования новой вакцины, «пока мы в действительности не узнаем … о риске, связанном с введением мутированной ДНК [вируса герпеса] в геном организма [детей]» [52]. Правда состоит в том, что этого не знает никто, но сейчас вакцина лицензирована и рекомендована руководством здравоохранения, и прививка быстро становится обязательной по всей стране. Большинство инфекционных болезней не только редко бывают опасными, но и могут играть жизненно важную роль в развитии сильной, здоровой иммунной системы. Люди, которые не болели корью, имеют более высокую заболеваемость некоторыми кожными болезнями, дегенеративными болезнями костей и хрящей и некоторыми опухолями, а отсутствие паротита связано с более высоким риском рака яичника. Человеколюбивые врачи рекомендуют вакцины только против столбняка и полиомиелита; они считают, что заражение другими детскими инфекционными болезнями выгодно, так как оно способствует созреванию и усилению иммунной системы.

По данным Британской ассоциации за прогресс науки, детские болезни уменьшились на 90% между 1850 и 1940 годами, соответственно улучшившимся санитарии и гигиене, задолго до программ обязательной вакцинации. По недавнему сообщению «Medical Sentinel», «с 1911 по 1935 годы основными причинами смертей детей от инфекционных болезней в США были дифтерия, коклюш, скарлатина и корь. Однако к 1945 году общий уровень смертности от них снизился на 95% до введения программ массовой иммунизации» [35]. Таким образом, в лучшем случае можно изучать лишь наличие связи между прививками и оставшейся малой частью падения заболеваемости, происходившей после их введения. И даже эта малая часть сомнительна, так как скорость падения осталась практически такой же после начала применения вакцин. Более того, европейские страны, которые отказались от иммунизации против оспы и полиомиелита, наблюдали, как эпидемии прекратились одновременно с их окончанием в тех странах, которые проводили иммунизацию; очевидно, что вакцины не были здесь главным определяющим фактором. На самом деле за кампаниями по иммунизации и против оспы, и против полиомиелита вначале последовали значительные подъемы заболеваемости. После введения вакцинации от оспы эта болезнь оставалась преобладающей и имела несколько значительных подъёмов, в то время как другие инфекционные заболевания в то же время продолжали идти на убыль при отсутствии прививок. В Англии и Уэльсе уровни заболеваемости и вакцинации постепенно уменьшались одновременно в течение нескольких десятилетий между 1870-ми годами и началом Второй мировой войны [36]. Таким образом, невозможно сказать, вносит ли вакцинация вклад в продолжающееся снижение смертности от болезней, или же снижение неуклонно продолжалось просто благодаря тем же факторам, которые, скорее всего, вызвали первоначальное снижение - это улучшения санитарии, гигиены, жилищных условий, транспорта, техники и технологии хранения пищи, естественные циклы болезней. Это заключение подчеркивается в недавнем докладе Всемирной организации здравоохранения, где утверждается, что уровни заболеваемости и смертности в странах третьего мира не имеют прямой корреляции с процессами иммунизации или медицинского обслуживания, но тесно связаны со стандартами гигиены и питания [37]. Заслуга вакцинации в том, что нынешний уровень заболеваемости низок, сильно преувеличена, если она вообще существует. Сторонники прививок в качестве доказательства эффективности вакцин предпочитают использовать статистику заболеваемости, а не смертности. Однако специалисты по статистике утверждают, что статистика смертности является лучшей мерой болезни, чем цифры заболеваемости, по той простой причине, что качество отчетности и документирования смертности намного выше [38]. Например, недавнее обследование в Нью-Йорк-Сити открыло, что только 3,3% педиатров действительно докладывали о случаях кори в департамент здравоохранения. В 1974 году CDC установил, что в Джорджии было 36 случаев кори, в то время как государственная система надзора Джорджии сообщила о 660 случаях [39]. В 1982 году в штате Мэриленд руководители здравоохранения обвинили в эпидемии коклюша телевизионную программу «DPT - вакцинная рулетка», которая предупреждала об опасности DPT; однако когда бывший главный вирусолог Отдела биологических стандартов США доктор J. Anthony Morris проанализировал 41 случай, подтвердилось только 5, причем все заболевшие были привиты [40]. Случаи наподобие этого демонстрируют ошибочность цифр заболеваемости, хотя сторонники прививок стремятся полагаться на них без разбора.

    У родителей должно быть право предполагать, что большинство и делает, что исследования, проводимые их врачом, обеспечивают точные результаты.     Кожный туберкулиновый тест (тест Манту - А.К.) отнюдь не является медицинской процедурой такого рода. Даже Американская Академия педиатрии, редко дающая негативную оценку процедурам, принятым в каждодневной практике её членов, опубликовала критическое заявление относительно этого теста. Согласно этому заявлению, "несколько недавних исследований заставляют усомниться в чувствительности некоторых скрининг-тестов туберкулёза. Конференция, собранная Биологическим бюро (Bureau of Biologics) рекомендовала производителям, чтобы каждая серия тестировалась на пятидесяти заведомо позитивных пациентах для гарантии того, что производимая продукция обладает достаточными возможностями определения активного туберкулёза у любого тестируемого. Тем не менее, поскольку многие тесты не проводятся двойным слепым рандомизированным методом и включают многие одновременно проводимые кожные пробы (т.е. существует возможность подавления реакции), то интерпретация их затруднена".     Заявление завершается следующим образом: "Скрининг-тесты туберкулёза несовершенны, и врачи должны знать, что возможны как ложноположительные, так и ложноотрицательные результаты".     Короче, у вашего ребёнка может быть туберкулёз и при негативной туберкулиновой пробе. Или у него туберкулёза может не быть, несмотря на положительный тест. Со многими врачами это может привести к тяжёлым последствиям. Почти несомненно, что если это случится с вашим ребёнком, то последний будет подвергнут ненужному и опасному одно- или многократному рентгеновскому исследованию грудной клетки. Кроме того, доктор может назначить ему опасные лекарства - например, изониазид на долгие месяцы, "для предотвращения развития туберкулёза". И Американская медицинская ассоциация (АМА) признаёт, что доктора неразборчиво и слишком часто назначают изониазид. Это позор, потому что это лекарство имеет длинный список побочных реакций со стороны нервной, желудочно-кишечной, кроветворной и эндокринной систем, а также оказывает влияние на костный мозг и кожу. Не следует упускать из виду и то, что ваш ребёнок может стать парией среди соседей из-за глубоко укоренившегося страха перед этим инфекционным заболеванием.     Я убеждён, что возможные последствия положительного кожного туберкулинового теста намного опаснее самой болезни. Я считаю, что родители должны отвергнуть этот тест до той поры, пока они не будут точно знать, что их ребёнок контактировал с больным туберкулёзом.    

    Хотя это была одна из наиболее опасных болезней во времена наших бабушек, сегодня дифтерия почти исчезла. Только о 5 случаях было сообщено в США в 1980 г. Большинство докторов настаивают, что уменьшение произошло благодаря прививкам, но имеются достаточные свидетельства в пользу того, что частота заболеваемости дифтерией снижалось и до того, как стали доступными прививки.     Дифтерия - крайне заразное инфекционное заболевание, передаваемое кашлем или чиханием инфицированных, а также прикосновением к вещам, которых раньше касались заболевшие. Инкубационный период болезни составляет от 2 до 5 дней, и первыми симптомами бывают воспаление горла, головная боль, тошнота, кашель и температура до 39-40С. По мере развития болезни, появляются грязно-белые налёты в горле и на миндалинах. Они вызывают опухание горла и гортани, что делает глотание затруднённым и, в тяжёлых случаях, могут перекрываться дыхательные пути до такой степени, что наступает смерть от удушья. Болезнь требует внимания врача; лечение проводится антибиотиками - пенициллином или эритромицином.     Сегодня у вашего ребёнка не больше шансов заболеть дифтерией, чем быть укушенным коброй. Однако миллионы детей получают прививку против неё в возрасте 2-х, 4-х, 6-и и 8-и месяцев, а затем ревакцинацию, когда идут в школу. Это происходит, несмотря на то, что редко регистрируемые вспышки дифтерии происходят в среде привитых так же часто, как и среди непривитых. Во время вспышки дифтерии в Чикаго в 1969 г. городской отдел здравоохранения сообщил, что 4 из 16 заболевших имели полный набор прививок, а ещё 5 получили одну или более доз вакцины. Двое из этих пяти имели свидетельство полной иммунности к болезни. Согласно другому сообщению, в одном из трёх случаев смерти и четырнадцати из двадцати трёх случаев заболевания во время другой вспышки дифтерии, пострадавшие были полностью привиты.     Подобные этим примеры разбивают аргумент, что исчезновение дифтерии или иных детских болезней может быть отнесено на счёт прививок. Если бы это было в самом деле так, то как защитники прививок могут объяснить эти факты? Только половина штатов имеет законодательные требования прививок против инфекционных болезней, и процент привитых детей варьирует в различных штатах. Как следствие этого, десятки тысяч, а то и миллионы детей в районах, где медицинский сервис ограничен, а педиатров почти вообще нет, не получали прививок против инфекционных болезней, и потому должны быть подвержены им. Однако частота инфекционных заболеваний не имеет никакой корреляции с фактом существования в том или ином штате законов относительно обязательных прививок.     В свете редкости этого заболевания, наличия эффективного лечения антибиотиками, сомнительной эффективности вакцины, ежегодной многомиллионной траты средств на эту прививку, постоянно существующего потенциала тяжёлых долгосрочных эффектов той или иной вакцины, я считаю невозможным защищать массовые прививки против дифтерии. Я допускаю, что значительный вред вакцин пока что точно не установлен, но это не значит, что его не существует. За те полвека, что используются прививки, ни было предпринято ни единого исследования, призванного установить долгосрочный вред прививок.    

    Коклюш - крайне заразное бактериальное заболевание, обычно передаваемое по воздуху от инфицированного.     Инкубационный период составляет от 7 до 14 дней. Начальные симптомы болезни неотличимы от таковых при обычной простуде: насморк, чихание, апатичность или отсутствие аппетита, небольшое слезотечение, иногда умеренный жар. По мере прогрессирования болезни развивается сильный кашель по вечерам. Затем он появляется и днём. В течение 7-10 дней с момента появления первых симптомов, кашель становится пароксизмальным (приступами). У ребёнка может быть до 12 кашлевых толчков после каждого вдоха, лицо его темнеет и приобретает синеватый или пурпурный оттенок. Каждый приступ коклюша завершается вдохом с характерным звуком. Рвота часто является дополнительным симптомом болезни.     Коклюш может поражать любую возрастную группу, но более половины заболевших младше двух лет. Болезнь может быть опасной и даже угрожающей жизни, особенно у младенцев. Инфицированные могут предавать эту болезнь другим в течение примерно месяца с момента появления первых симптомов, поэтому важно, чтобы они были изолированы, особенно от других детей.     Если ваш ребенок заболевает коклюшем, ни специфического лечения, которое мог бы предложить ваш врач, ни какого-либо другого, которое вы могли бы проводить в домашних условиях, не существует. Ребенок должен отдыхать в условиях комфорта и изоляции. Используются лекарства против кашля, но они редко действительно помогают, а потому я их не рекомендую. Тем не менее, если ребёнок заболевает коклюшем, вам следует проконсультироваться с врачом, т.к. может потребоваться госпитализация. Главные опасности болезни - пневмония и истощение от кашля. Известно, что у очень маленьких детей могут быть переломы рёбер из-за тяжёлых приступов кашля.     Прививка против коклюша проводится вместе с прививками против дифтерии и столбняка в составе АКДС. Хотя эта вакцина используется уже десятилетиями, она является одной из наиболее спорных. Остаются сомнения относительно её эффективности, и многие доктора разделяют мой беспокойство по поводу того, что потенциальный вред побочных эффектов вакцин может превышать её провозглашаемую эффективность.     Проф. Гордон Т. Стюарт, заведующий кафедрой общественной медицины при университете Глазго в Шотландии, является одним из наиболее непримиримых критиков коклюшной вакцины. Он говорит, что до 1974 г. он поддерживал эту прививку, но затем наблюдал вспышки коклюша среди привитых детей. "Сейчас в Глазго, - говорит он, - 30% всех случаев коклюша встречается среди привитого населения. Это заставляет меня полагать, что вакцина неэффективна".     Как и в случае с иными инфекционными болезнями, смертность начала снижаться до того, как вакцина стала доступна. Вакцина впервые начала использоваться в 1936 г., а смертность постоянно снижалась с 1900 г. или ранее. Согласно Стюарту, "снижение смертности от коклюша составляло 80% до введения вакцины". Он разделяет моё мнение, что ключевым фактором в истории с коклюшем была не вакцина, а улучшение условий жизни потенциальных больных.     Общие побочные эффекты коклюшной вакцины, признанные JAMA - жар, приступы крика, шоковое состояние, и местные кожные проявления, такие как потение, покраснение кожи, боль. Менее известные, но более серьёзные эффекты включают конвульсии и необратимое поражение мозга, становящееся причиной умственной отсталости. Эта вакцина связывается также с синдромом внезапной детской смерти - СВДС (SIDS). В 1978-79 гг., при расширении детской прививочной программы, было сообщено о восьми случаях СВДС, последовавших немедленно после рутинной прививки АКДС.     Оценка количества защищённых от болезни среди привитых от неё варьирует от 50 до 80%. Согласно JAMA, в США в среднем ежегодно регистрируется 1000-3000 случаев коклюша и 5-20 случаев смерти от него.